Егоров и Кантария: боевой путь Героев, водрузивших Знамя Победы над Рейхстагом – Русская семерка

Великая Отечественная война закончилась победой Советского Союза, о которой объявили 9 мая 1945 года. А 1 мая 1945 года над Рейхстагом в Берлине было установлено победное знамя СССР. В историю вошли только два человека, которые были первыми, водрузившими знамя над Рейхстагом. Речь идет о грузине Мелитоне Кантарии и парне из Смоленска Михаиле Егорове. Третьим был Алексей Берест, но почему-то он остался в стороне. Однако были и другие герои, которые тоже устанавливали флаги над Рейхстагом. Но не все были представлены к высокой награде. Правда, это звание никак не помогло ни им, ни их семьям после войны.

Подвиг Михаила Егорова, Мелитона Кантария и Алексея Береста

Штурм Рейхстага начали 30 апреля 1945 года. / Фото:russian.rt.comШли ожесточенные бои за Берлин, но к концу апреля Рейхстаг все еще был у нацистов. Его защищали около 5 тыс. военнослужащих войск СС, ведь дать врагу захватить его – это значит признать поражение в войне. Операция по штурму началась 30 апреля 1945 года. Группа во главе с лейтенантом Берестом получила приказ от полковника Зинченко. Нужно было прорваться на крышу Рейхстага и установить там знамя. Алексей Берест охраняет Егорова и Кантарию. Но если солдаты погибнут, то лейтенант должен во что бы то ни стало остаться живым и завершить миссию. Пробиться к куполу было сложно. Немцы постоянно обстреливали солдат. Помогали длинные очереди из автомата Береста и небольшой группы советских автоматчиков. По лестницам поднимались «живой пирамидой», поскольку большинство построек было разрушено. Выйдя на крышу Рейхстага, солдаты увидели перед собой огромный купол. Времени было мало. Они сильно рисковали своей жизнью. Ведь это место хорошо просматривалось, да и вражеские снайперы были начеку. По официальной версии Егоров и Кантария были первыми, кто установил знамя победы над Рейхстагом. / Фото:slide-share.ruЧтобы установить знамя 150-й Идрицкой стрелковой дивизии над Рейхстагом, русским солдатам понадобилось 10 минут. Воодушевленные победой, они танцевали и радовались как дети. В Советском Союзе Михаил Егоров и Мелитон Кантария стали известными героями. За подвиг перед Отечеством они были удостоены звания Героя Советского Союза. А вот их командира Алексея Береста лишили этой привилегии. Его наградили, но орденом Красного Знамени. Интересно, что вся эта история была окутана какой-то тайной. Многие недоумевали, почему его подчиненные получили высокие награды, а их командир, сражавшийся с ними рядом, нет.

Герои, которые тоже установили знамя над Рейхстагом

Известность приобрели только 2 человека, которые смогли установить флаг над Рейхстагом в Берлине. На самом деле их было гораздо больше, но слава досталась только двоим. Согласно архивным данным, в мае 1945 года над Рейхстагом было поднято около 10 флагов. А после окончательной победы СССР над фашистами было подписано чуть более 30 приказов о присвоении звания Героя Советского Союза именно за этот подвиг. Вполне возможно, что в военной неразберихе кого-то и не учли. Дело в том, что установить победное знамя хотело каждое военное подразделение, участвующее в штурме Берлина. У каждого подразделения был свой неповторимый флаг. Солдаты в то время не думали, кто первый, они воевали за победу.ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Как брали Берлин: почему советская армия не пугала, а удивляла немцев Упоминали также и о группе капитана Макова, в которую вошли Михаил Минин, Гизия Загитов, Александр Лисименко и Алексей Бобров. Дело в том, что этой группе солдат удалось установить знамя своего подразделения раньше, чем группе лейтенанта Береста. Эксперты Института военной истории МО РФ указали на документы, в которых зафиксирован этот факт. Это произошло 30 апреля 1945 года в 22:40. Днем начался штурм Рейхстага. А вот солдаты Егоров и Кантария водрузили знамя 1 мая 1945 года в 22:50. В частности, история с Мининым тоже удивляет. За свой подвиг он был представлен к званию Героя Советского Союза. Однако командование наградило его орденом Красного Знамени. Установить победное знамя хотели все военные подразделения, участвующие в штурме Берлина / Фото:rsosh.murm.eduru.ruСвое звание Героя Советского Союза Минин получил, но только уже после развала СССР. Эта же участь ждала и остальных солдат группы капитана Макова. Удивительно, но Егоров и Кантария получили свои звания Героев Советского Союза только через год – в 1946 году. Также можно назвать героями страны солдат группы лейтенанта Сорокина, майора Бондаря и многих других. Эти отважные люди были разных национальностей, но воевали за общее дело – жизнь и свободу для своих потомков.

Почему не все получили награду за подвиг и кто же был первым

Власти Советского Союза только двух русских солдат сделали героями страны.После окончания Великой Отечественной войны прошло уже 76 лет, и ничего нельзя вернуть. Сейчас трудно сказать, кто же на самом деле были те солдаты, которым удалось первыми водрузить победное знамя над Рейхстагом в Берлине. Было много попыток и знамен. От усиленных обстрелов и ветра они падали, солдаты пытались поставить их снова. Тогда никто об этом не думал. Важно было выполнить задание любой ценой. Ведь флаг – это символ победы, доказательство того, что война наконец-то окончена. Почему выбор властей СССР пал именно на Егорова и Катарию, трудно сказать. Но все, кто сумел установить знамя над Рейхстагом, – настоящие герои, все они заслуживают памяти, почестей и высших наград. Береста уважали многие солдаты, за ним шли в атаку не раздумывая. / Фото:bestlj.ruНесмотря на то что немало солдат участвовало в установлении знамени над Рейхстагом, власти только двоих сделали героями страны. Дочка Береста Ирина рассказала, что через много лет ее отец встретился с бывшим членом Военсовета фронта Телегиным. Тот подчеркнул, что это было решение самого маршала Жукова. Ему не понравилось, что среди представленных к званию героев был политработник. Маршал вычеркнул фамилию Береста из списка. Возможно, тут сыграли и особенности характера Береста, который мог сказать всю правду в лицо и не перед кем не хотел преклоняться и заискивать. Почему не представили к высокому званию Михаила Минина, тоже остается загадкой.

Как сложилась жизнь тех, кто установил знамя победы над Рейхстагом в 1945 году

На 30-летие Победы Егорову подарили «Волгу»Михаил Егоров вернулся на Смоленщину. Его семья жила бедно. Только в 1960 году он переехал в отдельную квартиру со всеми удобствами. На 20-летие Победы сам Хрущев подарил Егорову мотоцикл «Урал». А через 10 лет сделали другой подарок – новую «Волгу». Однако его известность сыграла с ним злую шутку. Он пристрастился к алкоголю. Как-то сел за руль автомобиля пьяным и попал в аварию в 1975 году. Машина «скорой помощи» к нему ехала 40 минут, но Егоров ее так и не дождался. ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Вторая мировая война: последние дни нацистской Германии в объективе военкоров Война на Родине заставила Кантарию бежать в Москву, но награда ему не помогла.Мелитон Кантария вернулся в Сухуми и жил с семьей богато (работал директором мясного магазина). Но война в Абхазии все перечеркнула. На Родине стало опасно оставаться, и они переехали в Москву. Кантария потерял все, но осталось его известное имя. Власти его не приняли с распростертыми объятиями. Пришлось выбивать статус беженцев и небольшое жилье. Пообещали только временную 1-комнатную квартиру на окраине столицы. Кантария ехал оформлять все необходимые бумажки, но умер в поезде от сердечного приступа. Берест погиб как герой, спасая девочку из-под поезда.После войны Алексей Берест вернулся на Украину. Попав в госпиталь с тифом, он познакомился со своей будущей женой медсестрой Людмилой Евсеевой. Берест служил в военных частях в Кенигсберге, потом в Севастополе. Затем он стал начальником отдела кинофикации в Ростовской области. Один из работников устроил недостачу, а обвинили Береста. В 1953 году его приговорили к 10 годам заключения. Через 2 года досрочно выпустили и полностью реабилитировали. Как вспоминала его дочь Ирина, отец был борцом за справедливость, но очень мягкий по натуре. Ни перед кем не хотел преклоняться. Погиб Алексей Берест как герой, спасая маленькую девочку, упавшую с платформы на рельсы. Ему было присвоено звание Герой Украины. Минин написал книгу воспоминаний о войне, но своей награды так и не дождался.Михаил Минин после войны вернулся в Псковскую область. Сначала был редактором газеты. Проходил военную службу на разных должностях в Вооруженных силах СССР в период с 1952-го по 1977 годы. Минин попробовал себя в качестве писателя и издал книгу воспоминаний «Трудные годы к победе». Он стал почетным гражданином Пскова в 2005 году. Умер он в 2008 году в возрасте 86 лет. Ему так и не было присвоено официально звание Героя Советского Союза. Хотя это попыталась сделать Сажа Умалатова, будучи председателем незарегистрированной организации. Но никакой официальной силы этот указ не имеет. Во время войны правила были суровые, можно было в два счета лишиться многого.За что лишали звания «Герой Советского Союза»: резонансные случаи, которые вошли в историю.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Эта статья была опубликована в МК шесть лет назад. Сейчас ее не пропустили бы цензоры. В ней о жизни и смерти Кантария и Егорова, которых сделали иконами культа Победы за водружение знамени над рейхстагом. Шесть лет назад в России еще могли об этом писать. Сейчас – нет. В статье о том, как Егоров жил практически в хлеву, спивался, а умер потому, что скорая ехала 40 минут. Кантария жил получше, получил квартиру в Сухуми, работал директором мясного магазина (по тем временам очень круто) и купался в роскоши, но позже в Абхазию пришли российские оккупанты, поэтому ему, грузину, пришлось бежать в Тбилиси. С грузинами расправлялись – и даже живая легенда, Кантария, не чувствовал себя в безопасности. В один момент старик потерял всё – вот как сейчас по той же причине теряют всё жители Донбасса. Осталось лишь имя, которое он решил использовать, попытался оформить статус беженца в Москве. Думал, героя примут с распростертыми объятиями, но не тут-то было – пообещали временную однушку на окраине для семьи из 11 человек. Однако, во время одной из поездок в Москву, где немощный Кантария должен был бегать по чиновникам и оформлять бумажки, герой умер – прямо в поезде. После его смерти родственникам заявили, что льготы отменяются и дали квартирку в поселке Рязанской области, в доме для беженцев. Почитайте, очень познавательно: Автор Ирина Боброва, опубликовано в “Московском комсомольце” №25049 от 7 мая 2009 года. Статья в том числе и об истории водружения знамени, поэтому привожу лишь выдержки, касающиеся образа жизни героев после войны. Кантария и Егоров. Символы Великой Победы. Они вошли в историю как первые водрузившие знамя над Рейхстагом. Оба стали Героями Советского Союза. Как сложились судьбы фронтовиков после войны и почему сегодня их дети прозябают в бедности — в материале “МК”. Дом Егорова замыкает улицу Молокомбинат. Здесь находится музей фронтовика. А рядом, в пристройке барачного типа, живет дочь Егорова — Ирина. Она же — смотрительница музея. То, как жил Герой Советского Союза после войны, мало кого интересует. Тем более что жил Михаил Егоров совсем не так, как положено Герою. До 1966 года Егоров ютился в дряхлой, почерневшей халупе, а детей в сад носил на руках, чтобы те не утопли в грязи: дорогу к дому Егорова не асфальтировали. Только в конце 1960-х годов он переехал в новый дом с центральным отоплением, ванной и телефоном. Тогда же Егорову оформили персональную пенсию. Но Герой упорно отказывался жить на широкую ногу. Легко одалживал деньги соседям, а деревенских детей постоянно угощал мороженым. Роскошь для того времени — телевизор, венгерский мебельный гарнитур и швейная машинка — заслуга его жены, которая частенько пеняла супругу за расточительство. — Двери в наш дом никогда не запирались. Соседи одолевали отца с разными просьбами: кому дом построить, кому запчасти достать, кому помочь с поступлением в институт, — продолжает Ирина Михайловна. — Егоров мог решить любые проблемы. Никому не отказывал. Причем денег с ходоков не брал. И народ этим пользовался. А для своей семьи отец даже машину не мог выбить. На празднование Победы Хрущев пригласил его и Кантарию в Кремль. “Что вам подарить?” — поинтересовался Никита Сергеевич. Думаю, если бы отец попросил даже самолет, ему бы не отказали. Но он поскромничал и ограничился мотоциклом “Урал”, на котором мы по сей день разъезжаем. Что попросил у Хрущева Кантария, история умалчивает. — Егоров и Кантария дружили всю жизнь, хотя были абсолютно разными людьми. Так, как жил Кантария, Егоров не жил никогда. После смерти отца Мелитон приехал к нам в Рудню. Когда увидел мой дом, у него случился шок! “А что это за хозяйственные постройки?” — указал он в сторону жилища. Не мог поверить, что семья Героя живет в бараках. Сам Кантария купался в роскоши. У него даже двери дома были из красного дерева. После его смерти осталось немало сбережений. Во время грузино-абхазской войны дети потихоньку продавали драгоценности отца. Так и выжили. А у нас драгоценностей как не было, так и нет. “Не жили богато, нечего и начинать”, — таким был принцип Егорова. Даже из-за границы Кантария привозил чемоданы барахла, а Егоров — отрез ткани, которого хватало на одно платье. Зато заказы соседей выполнял сполна. Но так устроен мир, что люди быстро забывают добро. В 1995 году кто-то из земляков Егорова поведал столичным журналистам, что в последние годы Михаил Алексеевич все чаще прикладывался к бутылке, ночевал на чердаках с чужими женщинами, был даже замечен в мелком воровстве. Судачили, как однажды Герою выдали огромную зарплату трехрублевыми купюрами, так он психанул и принялся разбрасывать деньги на улице. Также селяне раскрыли журналистам “страшную тайну”: мол, никакого подвига Егоров на самом деле не совершал! — Да, к нам часто приходили люди, часто просили отца поднять рюмку за Победу. Отец и в этом случае никому не отказывал, — не отрицает Егорова. — Но алкоголиком его не назовешь! Зато с тех пор на меня косо смотрит вся Рудня. Вот на днях пришла я к стоматологу. Он услышал мою фамилию и говорит: “А, это тот самый Егоров, который спился?” Я промолчала. Глупо что-то доказывать… Помимо баек о пьянстве Егорова в Рудне по сей день слагают легенды о припрятанных миллионах Героя. Несколько лет назад кто-то из местных жителей пытался обчистить музей. Ничего не обнаружив, непрошеные гости достали из серванта два хрустальных бокала и, по всей видимости, помянули фронтовика. — Может, награды искали, может, оружие, — пожимает плечами Ирина. — Мало кто знает, что во время похорон отца все его награды под шумок отвезли в Москву, в Музей Вооруженных сил. Мать успела припрятать лишь “Золотую Звезду” Героя и документы на ордена. Михаила Егорова не стало 20 июня 1975 года. В тот день он гостил у сестры. Кто-то из знакомых попросил безотказного Егорова о помощи — нужно было срочно сгонять в соседний поселок. Михаил Алексеевич сел в “Волгу”, подаренную ему на днях сельсоветом. На повороте столкнулся с фурой, груженной огурцами. “Скорая” приехала через сорок минут. Все это время Егоров еще жил. Двое его попутчиков скончались на месте… — Я не знаю, как сложилась судьба водителя фуры, — пожимает плечами Ирина Михайловна. — Вроде он был из Ленинграда. Его не стали задерживать. Просто на следующий день было принято решение расформировать эту автоколонну. Виновных в трагедии искать не стали. Михаила Егорова похоронили в Смоленске у городской крепостной стены с воинскими почестями. Первым проститься с другом приехал Мелитон Кантария. — Мы хотели похоронить отца на родовом кладбище. Нас не послушали. Это сейчас можно свободно сходить к крепостной стене и помянуть человека. А долгие годы мы приезжали на могилку отца, смотрели, а потом выезжали в поле и там уже поминали. Не по-христиански это как-то… Спустя много лет после смерти Егорова не по-христиански поступили и с семьей героя. Вдову Михаила Алексеевича лишили льгот. В 1990-х годах семья нищенствовала. Женщина не могла оплачивать коммунальные услуги. За неуплату ей отключили телефон. Тогда старушка отправила письмо в Администрацию Президента с просьбой увеличить пенсию. Ответ пришел отрицательный. Облвоенком тоже не помог жене Героя. Сжалился глава администрации Смоленской области. Установил вдове стипендию в 417 рублей 45 копеек в месяц. Но ее она не успела получить. Умерла. — Музей Михаила Егорова не пользуется популярностью. Учителя школ считают, что подобная экскурсия нынешним детям неинтересна. А многие жалуются на дорогой вход: детский билет стоит 15 рублей, взрослый — 30. Несколько лет назад добрые люди помогли нам приобрести телевизор и пылесос. Мне не осилить такие покупки: зарплата 6 тысяч рублей. Муж — водитель. Двое маленьких детей. Самые частые гости в музее — сосед-фронтовик Иван Прудников да потомки Мелитона Кантарии. Последние каждый год приезжают в Рудню. Сюда они перевезли горсть земли с могилы Кантарии. Мераб Кантария: “Дед оказался не нужен стране” Мелитон Кантария пережил своего фронтового друга почти на два десятилетия. Его не стало 27 декабря 1993 года, в самый разгар грузино-абхазского конфликта. Сегодня сын Героя Советского Союза Шато с уверенностью говорит: “Я знаю, отец не пережил этой войны. Мировую прошел, а эта его убила. Как будто старая рана открылась…” Мелитон Кантария умер в поезде. Он ехал в Москву получать статус беженца. О его смерти не написали столичные газеты. Было лишь краткое сообщение по радио: “Умер Герой Советского Союза Мелитон Кантария”. И никаких соболезнований. Стране было не до прежних символов и героев. Гроб с телом Кантарии стоял в траурном зале одной московской больницы. Проститься с ним не пришел никто из представителей власти. Хоронили Кантарию в западной части Грузии — в Очамчири, на территории местной школы. Из-за военных действий на родовом кладбище в Абхазии его похоронить не удалось. Егоровы узнали о смерти Мелитона спустя неделю. …Типовая двухкомнатная квартира на окраине Москвы. Меня встречает внук Мелитона Кантарии Мераб. — К сожалению, мой отец Шато на днях уехал в Абхазию — в последнее время его все больше тянет на родину, — начал беседу мужчина. — Мы ведь как в 1993 году выехали оттуда, так до сих пор мыкаемся по углам. Кому мы здесь нужны? Иногда смотрим телевизор, видим море — и сердце щемит. Это не громкие слова. Мы все еще надеемся вернуться обратно. На родину деда. У нас в деревне чудом сохранился старенький дом. Правда, на его восстановление нужны немалые деньги. Историю своих предков Мераб знает не понаслышке. Кое-что успел ему рассказать дед, многое поведал отец. — По национальности Мелитон Кантария — грузин, но семья жила в Абхазии. Туда дед вернулся после войны, хотя Сталин и предлагал ему остаться в Москве. Три года работал шахтером в забое. У него образование — четыре класса. Куда он еще мог пойти? Когда ему предложили закончить Высшее военное училище имени Фрунзе, он заупрямился. Не хотел учиться. Но работу шахтера все-таки бросил. До 1965 года числился бригадиром плотников на одном предприятии. Тогда его выдвигали на звание Героя Соцтруда. Но дед отказался: “У меня уже есть одна Звезда — дайте эту кому-нибудь другому”. По словам внука, Мелитон не сразу осознал собственную значимость: — Думаю, ему кто-то подсказал, что пора бы воспользоваться положением. Он и воспользовался. Когда в 1971 году деду выделили трехкомнатную квартиру в Сухуми рядом с домом правительства, он уже не стал отказываться. А вскоре Мелитона назначили членом Верховного Совета Грузии. — А еще он ездил по зонам и вызволял оттуда своих знакомых, — демонстрирую я свою осведомленность, ссылаясь на комментарий якобы двоюродного племянника Кантарии. И показываю вырезку из газеты: “Мелитон двадцать лет возглавлял сухумский рынок, был богатейшим человеком. Ездил по зонам и вызволял земляков по просьбе их родни. Был вхож в Кремль, к высшим чиновникам. Однажды оказался в Сибири. Ночью постучал в гостиницу. Ему не открыли. Закричал: “Меня Гитлер не остановил! А вы — тем более! Я — Кантария!” И его пустили. А еще прилюдно поднимал тосты за Сталина и… Гитлера — мол, кто бы он был без этих людей”. — Я тоже не раз слышал эти байки, — не удивляется Мераб. — Ну, во-первых, директором сухумского рынка дед не был. Мелитон занимал должность директора мясного магазина на сухумском рынке. Это тоже доходное место. Правда, все дела вел его заместитель. В торговле Мелитон ничего не понимал и не хотел вникать. Во-вторых, к деду действительно часто обращались за помощью. По мере возможности он старался помогать и заключенным. Но специально не прикрывал кого-то. Возможно, потому и нажил врагов. Ну а в-третьих, не стоит верить людям, которые представляются нашими родственниками. — Каким по характеру был ваш дед? — Как все грузины — настойчивым и пробивным, — улыбается Мераб. — В 1982 году мне понадобилось обследоваться у кардиолога. Мы с дедом приехали в Москву, и он направился напрямую к министру здравоохранения Чазову. Тот прервал совещание и лично выписал направление к доктору. “По какому вопросу?” — поинтересовался позже молодой врач, не поднимая глаз от какой-то бумажки. Дедушка как закричит: “Встать! Старый человек зашел, а ты сидишь!” Тот аж подскочил. Вот таким был мой дед. Вообще, Мелитона в Москве знала каждая собака. Для него в гостинице “Москва” всегда был забронирован номер люкс. Знаю, что он вхож был в семью Брежнева. С Леонидом Ильичом они всегда встречались на банкете в честь Дня Победы. Мераб выкладывает на стол фотографии деда. Их совсем немного. Весь архив сгорел, когда в дом Кантарии во время грузино-абхазского конфликта попал снаряд. Тогда же сгорели военная форма разведчика и боевые документы. Чудом на пепелище остались лежать лишь несколько пожелтевших фотоснимков. Ордена и медали, видимо, растащили. Грузино-абхазская война в одночасье перевернула жизнь семьи Кантарии. В Абхазии, откуда изгоняли грузин, даже ему оставаться было опасно. В 1991 году Мелитон отправился в Москву. Он не сомневался, что столица примет его как родного. Кантария ошибся. С помощью комитета ветеранов ему удалось выбить для своей большой семьи лишь временную крохотную “однушку” на окраине. Правда, Мелитона все-таки поставили на льготную очередь. Но жилья он так и не дождался. Дождались его дети. Правда, чиновники, к которым сыновья Кантарии пришли за обещанной жилплощадью, сначала развели руками: “Ваш отец умер, льгота отменяется”. Но потом “вошли в положение” и направили семью в поселок в Рязанской области. На 11 человек выделили небольшую квартиру в доме для беженцев. — Больше десяти лет мы все зарабатывали чем только можно, — говорит Мераб. — Мы с братом шоферили на бензовозе. Хотя по профессии я агроном субтропиков. Но выращивать мандарины мне так и не довелось. Тетка ездила в Москву — продавала цветы около метро, ее постоянно гоняли милиционеры. На приличную работу никого из нас не принимали. Только и было слышно: “Понаехали!” Мы никогда не кричали, что являемся родными человека, водрузившего Знамя Победы над Рейхстагом… Смоленская обл. — Москва. Источник pauluskp.com Блог в соцсетях: Твиттер Вконтакт Фейсбук Гуглоплюс Ютуб Инстаграм Биография 16/01/20

Если мы говорим о самых известных людях, связанных с историей Великой Отечественной, то в первую очередь вспоминаем имена военачальников, политиков и конструкторов. Но в этом ряду, конечно, стоят и герои войны, на счету которых подвиги, совершенные с риском для жизни. И в их числе немало простых рядовых бойцов.

Но фамилии рядовых, особенно пехотинцев, не всегда могут назвать даже профессиональные историки. Александр Матросов, а кто ещё? Конечно, в наших городах много улиц названо именами рядовых героев, но таких, чтобы их слава гремела на всю страну, а тем более на весь мир, немного.

И среди них — сержант Михаил Алексеевич Егоров и младший сержант Мелитон Варламович Кантария.

Знамя Победы

Знамя Победы над Рейхстагом — тема, которая до сих пор вызывает множество дискуссий. Тут возникает вопрос и о том, кто первым поднял знамя, ведь знамен над зданиями Берлина водрузили много. Примечателен и тот факт, что знамя было установлено на куполе Рейхстага ещё до его взятия, не говоря уже о том, что по всему Берлину шли бои. Обсуждать эту тему можно бесконечно, но интересна она, по большому счёту, лишь историкам, изучающим детали штурма Берлина.

Официально же Знамя Победы было поднято разведчиками 756-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии, и их звали Егоров и Кантария. За что они оба получили звание Героев Советского Союза.

Из воспоминаний родственников известно, что Егоров и Кантария вернулись домой с войны лишь в 1947 году, а до этого ездили по стране, в первую очередь по воинским частям, и рассказывали о своем подвиге.

Но что удивительно, подробности фронтовых биографий двух наших героев совершенно неизвестны. Казалось бы, любой боец, а оба воевали с 1941 года, всегда может поведать о чем-то особенно запомнившемся во время его военной жизни. Хоть в одной-двух крупных операциях участвовал почти каждый солдат.

Но, как ни странно, биографии обоих знаменитых сержантов крайне скупы на события.

Что мы знаем о Мелитоне Кантарии

Информация о Кантарии, как говорится, мизерная.

Согласно наградным документам, в Красной Армии он служил с 1940 года. По данным из Советской энциклопедии, в боевых действиях принимал участие с декабря 1941 года. Но где и как проходила его служба, почти ничего неизвестно.

В Берлине он был в составе 150-й стрелковой дивизии, но так как сама дивизия была создана лишь в сентябре 1943 года, то проследить боевой путь Кантарии до этого момента крайне сложно. Мы знаем, что он был ранен в ходе операции «Суворов» при освобождении Смоленска. Но 150-й дивизии в Смоленске не было, она только формировалась.

Видимо, после госпиталя Кантария и попал в 756-й стрелковый полк. Скорее всего, он сражался за освобождение Прибалтики, воевал в Латвии и Литве. Затем Висла-Одерская и Восточно-Померанская наступательные операции и штурм Берлина.

В течение войны Мелитона начальство не отмечало, все его награды присуждены ему были после Победы. Так что и по наградным документам отследить его путь не удается.

По воспоминаниям его внука, дед не умел и не любил ничего рассказывать про войну. Вероятно, кто-то и сможет восстановить его биографию, но можно предположить, что никаких особо ярких фактов в ней не обнаружится.

Биография партизана Егорова

Биография другого знаменосца также везде излагается кратко и не очень конкретно.

Михаил Егоров воевал с 1941 года, но не на фронте. Он был партизаном. Тема же партизанского движения в Советском Союзе была закрытой. Однако из тех данных, что есть в официальных источниках, о Егорове можно почерпнуть достаточно много.

Как указано в биографии Егорова, напечатанной в газете «Аргументы и факты» в 2015 году, Егорову было 18 лет, когда началась Великая Отечественная. Но в армию его не взяли, так как призывной возраст тогда был 19 лет. После того как Смоленская область была оккупирована, Михаил присоединился к партизанам.

В день своего 19-летия Михаил Егоров официально был зачислен в партизанский отряд «13», которым командовал будущий Герой Советского Союза Сергей Гришин. Потом сражался в легендарном  «Отряде бати», был командиром взвода разведки в партизанском полку И. Садчикова. На его счету пять пущенных под откос вражеских эшелонов.

Эта информация нуждается в пояснении и уточнении. Во-первых, в 1941 году призывной возраст был действительно 19 лет, но сразу после начала войны под мобилизацию попали все 18-летние. В любом случае, на территориях, которые должны были достаться немцам, старались не оставлять мужское население от 18 до 55 лет, а чаще всего и шестнадцатилетних. Поэтому Егоров должен был быть мобилизован, и, видимо, был зачислен в один из формируемых партизанских отрядов. И было это задолго до его 19-летия.

Партизанский отряд Гришина на самом деле назывался 13-м партизанским полком особого назначения. Такие полки создавались специально для ведения разведывательно-диверсионной работы в тылу немцев. Их структура копировала структуру полков РККА, личный состав имел воинские звания РККА и обычно носил армейскую форму со знаками различия.

13-й полк был составлен из окруженцев разных частей, командовал им бывший танкист и будущий Герой Советского Союза Сергей Владимирович Гришин. Как именно к ним попал Егоров — неизвестно, подробности боевой работы и формирования подобных частей до сих пор не афишируются.

Зато известно, что в июле 1942 года Михаил Егоров был переведён в Смоленский партизанский полк особого назначения. Уже на должность командира взвода разведки. В списках штаба и спецподразделений полка его фамилия указана под номером 9. Командовал полком майор Иван Федорович Садчиков. Действовал полк в районе Смоленска, Орши, Борисова.

Позже полк был переброшен под Витебск, в Ушачско-Лепельскую партизанскую зону. Причём туда он попал не по немецким тылам, а через линию фронта.

Полк, как и другие соединения зоны, был практически полностью разгромлен в Полоцко-Лепельской битве, известной так же как немецкая операция «Праздник весны» (Fruhlingsfest).

В книге Сергея Райкова «Взгляд сквозь время. Полоцк-Лепель, 1944-й, май», посвященной этой операции, есть упоминание о том, что во время прорыва из окружения в числе других отличился разведчик Михаил Егоров. Причем было это 5 мая, в день, когда ему исполнилось 22 года.

Остатки полка в июле 1944 года были выведены в тыл, а в декабре сержанта Михаила Егорова направили в 150-ю стрелковую дивизию, которая как раз пополнялась после тяжёлых боёв в Прибалтике.

Даже из этой краткой информации видно, что Егорову было о чём рассказать. Тем более что на его счету были даже пущенные под откос эшелоны, что для разведчика несколько странно. Всё-таки у разведчиков работа была иная, и диверсиями занимались совсем другие подразделения.

А закончил свой боевой путь разведчик-партизан Егоров в Берлине, где и водрузил над куполом Рейхстага Знамя Победы, за четыре дня до своего 23-летия.

Источник: © Русская Семерка

Читайте также –>

Они сражались за Родину: главный подвиг советского солдата

Будущий Герой Советского Союза родился в начале октября 1920 года в грузинском селе Джвари. Мелитон окончил четыре класса, после чего начал трудиться в колхозе. Но проработал недолго, поскольку его призвали в армию.

Когда началась Великая Отечественная война, Кантария отправился защищать Родину. Он служил разведчиком 756-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта. В 1942 году Кантария был ранен в руку, но вскоре вернулся на фронт. И хотя он выполнял поставленные задачи, выделиться у него никак не получалась.

image Мелитон Кантария. (Wikimedia Commons)

«Звёздный час» Мелитона Варламовича пришёлся на последние дни войны. Тогда шли ожесточённые сражения в Берлине. Советские солдаты подошли к Рейхстагу. В их числе был и Кантария. Красноармейцы начали штурмовать здание. Батальон младшего сержанта находился во втором эшелоне наступления. Солдаты, зачищая здание от противников, поднимались всё выше. Кантария продвигался рука об руку с сержантом Михаилом Егоровым. Им выпала почётная, но смертельно опасная обязанность — водрузить знамя Победы на крыше Рейхстага. Впоследствии дочь Героя Советского Союза Циала Кантария вспоминала, что отец, услышав приказ, хотел отказаться от его выполнения. Мелитон, прошедший всю войну, считал, что выполнить задачу и остаться в живых не получится. Но всё же Кантария не ослушался. Он решил, что раз уж суждено ему погибнуть, то пусть смерть придёт за ним на крыше нацистского логова.

С боем Кантария и Егоров сумели добраться до крыши. Сержант получил ранение в ногу, поэтому Мелитону пришлось тащить и знамя, и Михаила. Впереди солдат ждало самое трудное испытание — подъём на крышу. Генерал Василий Шатилов, возглавлявший 150-ю дивизию, в книге «Знамя над Рейхстагом», вспоминал, что Кантарии и раненому Егорову пришлось карабкаться наверх, держась за рёбра каркаса. Двигались они медленно, поскольку любое поспешное и необдуманное движение могло привести к печальным последствиям. Но, несмотря на трудности, бойцы сумели добраться до нужной точки. Возникла другая проблема — никак не удавалось закрепить полотно. И тогда Кантария использовал свой ремень, с помощью которого и сумел привязать знамя. После этого солдаты начали спускаться. На это у них ушло больше времени, чем на подъём. Но главное — приказ был выполнен. Произошло это поздним вечером 30 апреля по берлинскому времени, когда в Москве уже наступило 1 мая.

image Кантария и Егоров. (Wikimedia Commons)

Интересно вот ещё что: примерно в то же время несколько советских солдат также установили красные флаги. Но все они были сбиты при ночном артобстреле. Уцелело только знамя Кантарии и Егорова.

Жизнь после: две войны ветерана

За успешное выполнение приказа Кантария стал Героем Советского Союза и получил Золотую Звезду. Кстати, на знаменитой фотографии, сделанной военным корреспондентом Евгением Халдеем, запечатлены другие люди. Дело в том, что снимок по заданию ТАСС был сделан 2 мая. И Халдей для фотографии попросил попозировать других солдат. На тот момент бои в столице Германии уже практически прекратились, их жизням ничего не угрожало.

Кантария и Егоров должны были принять участие и в Параде Победы на Красной площади. Но маршала Жукова не устроил уровень строевой подготовки бойцов. И поскольку заменить их на кого-то другого просто не хватало времени, то от затеи отказались.

После окончания войны Мелитон не остался в армии. Он вернулся домой и начал приспосабливаться к мирной жизни. Кантария пробовал себя в разных сферах, менял места жительства. Но наибольших успехов добился в торговле. В Грузии его знали и уважали. И поэтому ни одно мероприятие, посвящённое Победе, не обходилось без его участия. Любопытный момент: Кантарии и Егорову всё же довелось пронести Знамя Победы на Красной площади. Произошло это в 1965 году.

По воспоминаниям Циалы Кантарии, в начале 1960-х гг. к отцу, жившему в селе Агубедия, в гости приезжал Георгий Жуков. Маршал прибыл в компании нескольких военных и пробыл у них неделю. В селе был настоящий праздник. Народ каждый день устраивал для Георгия Константиновича экскурсии. Также Циала вспоминала, что Жуков предложил Кантарии начать учиться в московской военной академии и возобновить военную карьеру. Но отец отказался.

В 1975 году Мелитон Варламович пережил сильное потрясение, узнав, что его друг Михаил Егоров погиб в автокатастрофе.

image Дом Кантарии в Абхазии, разрушенный в ходе боевых действий. (Wikimedia Commons)

Не получилось у Кантарии и счастливо встретить старость. В 1992 году началась Грузино-абхазская война. Это событие ветеран воспринял очень болезненно. Он не мог понять смысла того кровопролития и часто говорил, что во время Великой Отечественной войны сражался и за грузин, и за абхазцев, и за русских. Шок подорвал его здоровье. Вместе с семьёй Мелитон Варламович сначала перебрался в Тбилиси, а в 1993 году — в Россию. Он надеялся, что комитет ветеранов поможет ему получить квартиру в Москве. Так и произошло, но сам Герой Советского Союза до этого события не дожил. Он умер в конце декабря 1993 года в поезде, в котором направлялся в столицу России для получения статуса беженца.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Егор Новиков
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий